Если взглянуть на современную фотоиндустрию, создаётся впечатление, что кроме вечного дуэта Canon и Nikon других камер просто не существует.
Как будто два гиганта сцепились в мёртвой хватке, словно два пенсионера на лавочке спорят, кто из них раньше видел плёнку. Анонсы новых моделей с очередной уникальной кнопкой или парой пикселей, которые обещают сделать снимки настолько чёткими, что можно разглядеть блоху на носу у соседа, заполняют все медиа. В этой гонке невнимательные новички порой даже не замечают тихонечко шагающую своей дорогой Sony или старого доброго Пентакса, который давно уже перешёл в категорию «почти антиквариат».
Пентакс вообще подходит к обновлениям с философской степенью: зачем спешить? Главное — качество и размер чашки чая во время тестирования.
Многие уверены, что в СССР с фототехникой было как с сексом — мол, его просто не было.
Только статуи Ленина да ГУЛАГи. Но это миф!
На самом деле с фотографией в Союзе было всё гораздо интереснее и веселее. Во-первых, у нас были свои заводы — настоящие оптические кузницы талантов.
Завод ЛОМО начал свою славную историю ещё в царской России и до сих пор держит марку. Во-вторых, после Второй мировой нам досталось немало немецких технологий по репарациям — своего рода техноподарок от соседей за счёт проигрыша войны.
Это дало мощный толчок отечественному производству фотоаппаратов.
К концу СССР среди любителей фотографии уже вовсю кипело противостояние уровня «Зенит vs Киев», которое по накалу страстей не уступало современным баталиям Canon и Nikon. Киев мог похвастаться тем, что выпустил первый в мире зеркальный фотоаппарат с фокальным затвором и автоматическим управлением экспозицией — прямо как у современных моделей! Зенит же стал мировым рекордсменом по количеству выпущенных зеркалок: более восьми миллионов экземпляров модели Зенит Е! Вот это масштаб!
Истоки обеих марок уходят глубоко в немецкую почву: Зенит — дальний потомок легендарных Leica, а Киев почти прямой наследник камеры Contax.
Так что жаловаться на качество было грехом — немцы вложили душу в эти технологии, а советские мастера довели их до ума (и иногда до абсурда). Например, вершиной творчества Красногорского завода стал Зенит 19 — технически продвинутый аппарат, но такой дорогущий для простого советского человека, что продавался примерно так же охотно, как билеты на концерт Элвиса Пресли в Москве 80-х годов.
У Киева был свой шедевр — Киев 20.
Тоже красавец и умница, но ремонтировать его могли только те мастера-волшебники из высшей лиги: сложность конструкции была сродни сборке космического корабля из конструктора Lego при закрытых глазах. Поэтому массовыми хитами стали более простые модели: Зенит 122 и Киев 19; при этом многие продолжали использовать даже более старые Зениты TTL.
Главное отличие между этими двумя брендами заключалось в типе затвора. У Зенита он был шторного типа — проще и дешевле ремонта; исключение составляли редкие модели с ламельным затвором (тот самый надёжный вариант).
У Киева же поздние модели имели именно ламельный затвор — прочнее и качественнее, но ценник соответственно выше.